Владимир Митин

В нашей стране в подавляющем большинстве случаев юридически значимым документом является «бумага», оформленная по определённым правилам, подписанная чернильной подписью и заверенная печатью учреждения, которое этот документ (удостоверение, справку, выписку и так далее) выдало. А между тем ещё в прошлом веке изобретена электронная цифровая подпись (ЭЦП), опирающаяся на использование специальных алгоритмов и предполагающая наличие ключа ЭЦП (по сути многоразрядного числа), а также удостоверяющего центра (УЦ), который выдаёт и учитывает не только эти ключи, но и сертификаты, подтверждающие, что владельцем данного ключа является определенное физическое лицо (по российским законам таковым владельцем может быть только конкретное физическое лицо, но никак не организация). За десятилетия, прошедшие с момента изобретения ЭЦП, технологии надёжного хранения ключей ЭЦП (проблемы их защиты от несанкционированного использования стоят довольно остро и имеют не только аппаратно-программные, но и организационно-правовые аспекты) сильно продвинулись вперёд, и в настоящее время системы электронного документооборота (СЭД) с использованием ЭЦП широко применяются как в отдельных государственных организациях, так и в некоторых коммерческих структурах.

В частности, коммерческий директор компании «Крипто-Про» Юрий Маслов отмечает, что к настоящему времени продано свыше 750 копий программного комплекса «КриптоПро УЦ», а криптопровайдер «КриптоПро CSP» уже разошелся более чем в 2 млн. 600 тыс. копий. Ширится и судебная практика, связанная с процессами, в которых документы, подписанные ЭЦП, используются в качестве вещественных доказательств. По словам г-на Маслова, только «Крипто-Про» и её сотрудники принимали участие в шестнадцати инцидентах, которые разрешались в судебном или в досудебном порядке либо находились в производстве у следователя. Часто приходится слышать и о том, что по количеству удостоверяющих центров на душу населения Россия занимает первое место в мире (по некоторым сведениям в нашей стране насчитывается несколько сотен УЦ, правда, не все из них сертифицированы федеральными органами). Беда, однако, в том, что практически все эти УЦ являются ведомственными и обслуживают интересы исключительно определённой государственной или коммерческой структуры. Иными словами, на территории нашей страны вместо единого «электронного государства» (э-государства) расположилось множество информационно несовместимых друг с другом э-княжеств.

«Закон об электронной цифровой подписи» принят ещё в 2002 г., но для того, чтобы он заработал в полную силу и позволил ускорить переход от юридически значимых бумажных документов к юридически значимым электронным документам, необходимо подготовить и принять множество подзаконных актов. В юридически значимом электронном документообороте заинтересованы не только отдельные граждане, но и многие предприятия, вынужденные хранить и время от времени возить в компетентные органы (в частности, для проверки) тонны документов. Некоторые торговые компании сетуют на то, что у них площади для хранения бумажных архивов (переписка с поставщиками, кассовые и отпускные документы и т. д.) по своим размерам соизмеримы с площадями торговых залов. По словам руководителя группы экспертов «Майкрософт Рус» Владимира Габриеля, ИТ-прогресс привёл к тому, что плодить бумажные документы в огромном количестве и в кратчайшие сроки стало очень легко. Если так пойдёт дело и дальше, то площади для хранения их архивов могут достичь критических размеров.

Выход один: придать электронному документу статус первичного. То есть решить ряд технологических, организационных и правовых проблем, возникающих в процессе организации юридически значимого электронного документооборота. Причём не только внутрикорпоративного (здесь, как уже говорилось, определённый прогресс налицо), но и межведомственного, а также между гражданами и государством.

О том, что среди отечественных предприятий и организаций интерес к различным аспектам электронного документооборота огромен, свидетельствует беспрецедентная посещаемость соответствующих мероприятий. Так, например, в работе ежегодной конференции-выставки «Осенний документооборот — 2007», организованной в октябре этого года компанией «Электронные офисные системы» (ЭОС), приняли участие свыше 350 специалистов 230 организаций из 37 городов Российской Федерации, Украины, Белоруссии, Латвии и Казахстана (для сравнения: к прошлогоднему «Осеннему документообороту» проявили интерес «лишь» около 250 специалистов из двадцати с лишним городов). И это при том, что вот уже много лет сотрудники ЭОС каждый месяц организуют примерно три локальные конференции в регионах. И отнюдь не случайно ключевыми темами «Осеннего документооборота — 2007» стали построение систем юридически значимого электронного документооборота и архивное хранение электронных документов.

Похоже, проблема назрела и требует решения. Например, для того, чтобы обеспечить исполнение действующих в стране законов. Так, по словам заместителя руководителя Федерального архивного агентства России, доктора исторических наук Андрея Артизова, многие федеральные и муниципальные архивы страны из-за низкой материально-технической базы и проблем с кадрами, вызванных низким уровнем оплаты труда, просто не в состоянии обеспечить установленные законом сроки обработки запросов граждан. А таких запросов — великое множество. Только по пенсионным делам их за год набирается около двух миллионов. Поэтому понятно, что автоматизация документооборота с одновременным распространением технологий обеспечения юридической значимости электронных документов — не дань моде, а веление времени.