Добавить в закладки могут только зарегистрированные пользователи.
Выгоревшее дотла дело 

Сергей Бушмелев20 июня 2012 г. 17:35

Еще одно крылатое выражение. Означает оно благополучный исход дела. Своими корнями выражение проросло через толщу веков прямиком в дореволюционную судебную систему, которая, как еще недавно учили нас, была построена на несправедливости, неравенстве и угнетении человека человеком. Якобы в те далекие времена бывали случаи, когда судебный процесс останавливался: виноватого нельзя было наказать, а правого оправдать, если внезапно пропадало судебное «дело» - документы, хранившиеся в суде. дело могли украсть, а еще чаще дела гибли в огне. Помещения суда, они, право, чрезвычайно пожароопасны. И пожары в судах случаются чаще, чем на фабрике фейерверков. Или, по новой российской традиции, на полигонах по утилизации оружия. О чем это я? Ах, да, про документы... Когда документы бесследно исчезали в огне, человек, которому была выгодна пропажа документов, мог сказать: "Слава богу, дело мое выгорело!". В буквальном, "огненном" смысле этого выражения.

Времена шли, неправые дореволюционные суды сменились революционными трибуналами, потом "двойками" или "тройками", миллионами отправлявших людей на смерть или в лагеря. Потом был советский суд, "самый гуманный суд в мире", потом история заложила крутую спираль и вернула нас в эпоху дикого капитализма. Менялись и сами суды: они переезжали в выселенные детские садики или вновь отстроенные монументальные здания, в помещениях появилась противопожарная сигнализация и средства автоматического пожаротушения. Но осталась "традиция" - документы или иные доказательства могли исчезнуть или повредиться в ходе пожара, ограбления или иной злой воли темных сил. Не так давно промелькнула информация, что главное доказательство вины Расула Мирзаева, чемпиона мира по смешанным единоборствам, убившего одним ударом московского студента - компакт-диск с записью камеры наружного наблюдения, "был случайно расколот в результате неосторожного обращения".  Впрочем, как утверждают представители Следственного Комитета, сам диск "не является в процессуальном смысле основным доказательством по уголовному делу, а лишь физическим носителем информации, имеющей значение для расследования. Диск был осмотрен в присутствии понятых, имеется покадровая распечатка событий 15 августа прошлого года. Протокол осмотра диска является процессуальным документом и рассматривается в качестве доказательства по уголовному делу, представляемого в суд, наравне с совокупностью других доказательств вины Мирзаева, собранных в ходе многомесячного расследования. Признанный вещественным доказательством диск, который сломался, является лишь копией записи, снятой с видеорегистратора, установленного на камере. Копия записи была сделана в нескольких экземплярах для органов предварительного расследования. Кроме того, она публично размещена в интернете, неоднократно демонстрировалась различными средствами массовой информации. В случае заявления соответствующего ходатайства, данная запись будет предоставлена для ознакомления стороне защиты и представителям потерпевшего".

Впрочем, даже если некий артефакт, который должен помочь пролить свет правды на историю, не сгорел, не был похищен или не рассыпался на наночастицы, не обязательно он будет доказательством в деле. Современный российский суд вправе сам решать, что может быть принято в качестве доказательства. Об этом говорится в ст.56 ГПК, ст.88 УПК, ст.71 АПК. Например, в деле Арансонов суд исключил из дела видеозапись драки, несмотря на то, что в предыдущие суды спокойно принимали это доказательство. Как видите, "бездымный" способ исчезновения доказательств может быть не менее эффективным, чем традиционный, "с огоньком"...

 


Тип: Записи блогов

 (4,80 - оценили 4 чел.)

Комментарии
  • Сохранить комментарий
  • Цитировать выделенное
  • Предпросмотр